О том, что Джо Бонамасса существует, я узнал, слушая радио. Ну старенький, да, в новых именах путаюсь, за подводными музыкальными течениями слежу плохо, можно сказать вообще не слежу. К тому же блюза в любых его воплощениях я в свое время, можно сказать, переел, и, имея дома неплохую коллекцию Бадди Гаев с Тадж Махалами, обращаюсь к ней редко, как и положено в отношении деликатесов. Ну вот не сможете же вы на протяжении нескольких лет подряд кушать только и исключительно черную (красную) икру, порой хочется чем-нибудь разнообразить стол – пельмешками там или свеженькой телятинкой под соусом бешамель. Green Day оскоромиться, ну или там Lynyrd Skynyrd принять на грудь…

Да, так вот радио. Как-то во время новогодних каникул сидели мы с любезной моему сердцу Маргаритой Николаевной при свечах на кухне  и, под воспоминания о прошедшем годе,  вдохновенно употребляли что-то ликероводочное, не особенно прислушиваясь к звучащему фоном Classic Rock 95,2 FM. Из динамиков между тем раздавалось нечто привычно-знакомое, впрочем, вполне добротное и совершеннейше новогоднее – какой-то классический блюз в концертном исполнении. Прозвучавшее во время рекламной отбивки имя – «Джо Бонамасса» заинтересовало в первую очередь фамилией, навевавшей странные ассоциации с угнетенными рабами южных штатов и прочими стереотипами детства – Анджелой Дэвис, «Хижиной Дяди Тома», нужное подчеркнуть. Заинтересовало впрочем достаточно для того, чтобы заглянуть в «Википедию», вяло поинтересоваться музыкантом, о котором я ничего не слышал…

Каково же было мое удивление, когда я прочел, что Этот самый Джо Бонамасса – вовсе не старый небритый негритос с глазами – маслинами на выкате, огромным пузом и соответствующим жизненным опытом, а сравнительно молодой еще белый парень, 1977 года издания, еще в двенадцатилетнем возрасте разогревавший почтенную публику перед выступлением самого Би Би Кинга, ныне – вполне признанный авторитет блюзовой гитары, да к тому же еще участник супергруппы c труднопроизносимым названием Black Country Communion с Гленом Хьюзом, Джейсоном Бонамом и Дереком Шериньяном (Dream Theater) на борту. Ух, ничего себе. Такая компания уж точно веников вязать не будет, подумал я, и решил залезть в сеть поглубже, дабы  продолжить знакомство.

Black Country Communion – тема для отдельной беседы. Скажу лишь, что первый их альбом меня очаровал, а второй не очень, но наш сегодняшний герой смотрелся в контексте творчества этой группы более, чем достойно, а его нетривиально звучащая гитара и местами откровенно процеппелиненные риффы впечатляли вполне достаточно для того, чтобы, случайно заметив в городе афишу его сольного концерта в Доме Музыки на Павелецкой, удивиться (дорога ложка к обеду) и немедленно приобрести два билета на грядущее мероприятие. Давно, говорю, не вкушали мы блюза в живом исполнении, да и вообще на концерты давно не ходили, так вот самое время… И вот оно – 16 марта, Дом Музыки, Светлановский зал.

Выбор концертной площадки поначалу насторожил. Слишком академично. Нет, ну в самом деле, блюз – это Горбушка, это прокуренное что-то, это много пива и толпа адептов жанра, набившаяся, как сельди в бочке, в небольшой зальчик с деревянными столиками и пыльными портьерами. Короче, некоторое сектантское действо, разве нет? Впрочем, рассудили мы, музыкантам виднее. Джо Бонамасса называет Светлановский одной из самых своих любимых концертных площадок, да и нам в силу неподросткового уже возраста куда как приятнее сидеть в комфортных креслах, нежели где-то там толпиться… К тому же блюз под сенью могучего органа – это по меньшей мере оригинально.

Скажем сразу – наш скепсис по поводу зала начал испаряться уже непосредственно перед концертом, а уж к его окончанию мы и вовсе влюбились в Дом Музыки. Ни единого мента – на входе вежливые, улыбчивые работники, никакой толпы,  при входе, достаточно формальная проверка содержимого сумок и карманов, нет зхапрета на фотографирование. Удобный гардероб без очередей наконец. Внутри – оригинальный интерьер, великолепная видимость происходящего на сцене с любого места и прекрасная акустика. Причем где-то я читал, мол звука в Светлановском нет – вот уж не знаю, не знаю… Не разделяю подобного скепсиса. Возможно на каком-то концерте саундом рулил звукач без ушей – это я понять могу. Много знаю таких звукачей. Но в нашем случае все было в порядке. В полном порядке. Более, чем в порядке. В нашем случае звуковая волна сметала все на своем пути (читай – было очень громко), при этом давая возможность слышать все составляющие музыки Джо Бонамасса и его бэнда – вплоть до мельчайших шорохов хай-хэта и тончайших нюансов гитарной игры.

Ну а шо мы, как говорят в Одессе, можем вам сказать за сам концерт? Действительно, поначалу и публика, да и сами музыканты были, возможно, заражены фешенебельной атмосферой зала. Публика чинно сидит под блюзовым ураганным огнем, как солдаты в окопах, удачные гитарные и вокальные пассажи встречают вежливыми аплодисментами, картина действительно чисто академическая, более характерная для джазовых мероприятий, только без смокингов. Да и происходящее на сцене поначалу не очень развлекало – Бонамасса никакой не стадионный шоумен, красивых поз не принимает, лицом не торгует, все больше стоит стоймя, либо вообще поворачивается спиной к залу, взаимодействуя со своей группой. Декораций и света, разумеется, тоже ноль. Короче говоря, аскетизм, как он есть. Казалось, с таким подходом концерт  и закончится, как начался – не шибко горячим приемом при достаточно холодной, пусть и профессиональной музыке. А вот как бы не так…

Да, Джо Бонамасса не шоумен. В общепринятом значении этого слова. НО. Уже где-то на четвертой композиции (Dust Bowl) об этом как-то совершенно не думалось. Потому что перед нами разворачивалось шоу незаурядного интеллекта очень и очень нетривиального музыканта. Что вы говорите? Блюз мертв и скучен? Три, говорите, аккорда? Некуда двигаться и развиваться? Фигня на постном масле, и Джо это очень легко и непринужденно доказал. В его исполнении блюз звучал как увлекательный квест, как детективный роман, порой даже как стенд-ап комеди. Вот ей Богу, не припомню, чтобы я до этого дня хоть когда-либо хохотал в голос… услышав несколько гитарных нот. Джо Бонамасса практически ничего не говорил во время выступления, да это было и не нужно – он беспрерывно общался со все более и более обмирающей публикой только посредством своей музыки и своей гитары, и это было крайне интенсивное общение – только успевай думать и в меру возможностей реагировать…

Риффы, за которые не стыдно было бы и Джими Пейджу, сменялись щемящим ультразвуком терменвокса, в стандартную двенадцатитактовую блюзовую сетку вплетались совершенно неожиданные, поначалу кажущиеся чуть ли не неуместными гармонические ходы… Еле слышные гитарные переборы неожиданно прерывались взрывами ритм-секции… короче говоря, всю внутреннюю эквилибристику шоу словами не опишешь, перед нами была  Музыка высшей пробы. Зал уже выл и визжал от восторга, полностью настроенный на волну, предложенную музыкантами (а сами музыканты Джо – просто чудо, что за профессионалы),

но Джо не успокаивался, ему нужно было еще и завестись самому, чтобы понять, что зал принял его неявную энергетику, чтобы уйти со сцены с осознанием того, что его поняли…

«Ну вставайте же уже! Давайте, хорош сидеть!»

Всё. С того момента, как зал вскочил на ноги, уже все было в порядке и с атмосферой. С этого момента Джо  делал со зрителями все, что хотел, полностью расслабившись и даже сняв свои непременные черные очки…

Зал уже просто неистовствовал, почти все поголовно снимали происходящее на мобильники. И действительно, этим зрелищем, удовольствием присутствия на таком концерте нужно делиться…

Когда музыканты ушли, дожидаясь вызовов на бис, я думал, рухнут стены… Не на всяком концерте мега-звезд в «Олимпийском» услышишь такое. А когда концерт уже окончательно завершился, осталось смутное ощущение некоторой недосказанности, незавершенности. Кстати, очень правильное ощущение – правильный музыкант никогда не раскрывается на концерте полностью, чтобы у зрителей было желание прийти на его шоу еще раз… А то и  еще не раз…

Великолепное было действо, короче говоря… Wish You Were Here! И надеюсь, что Джо Бонамасса к нам еще вернется…

В самом этом факте не было бы ничего так уж примечательного и замечательного (все-таки Van Halen для меломана – давно уже не новость, признанные зубры коммерческого американского хардрока, лишенные очарования новизны), кабы не два обстоятельства. Во-первых, нового альбома группы поклонники (к которым меня можно отнести с большой натяжкой) ждали ни много ни мало 14 лет. Заждались, чего уж там – за такой срок можно вполне успешно вообще забыть о существовании кого угодно, не только легенд прыщавой юности. Но и это не главное. Самая главная интрига нового альбома – в составе. Вдрызг разругавшись с бывшими партнерами – вокалистом Сэмми Хагаром и бассистом Майклом Энтони (»Вэн Хэйлен нужен Сэмми для того, чтобы рекламировать свое бухло, а Майклу – чтобы продавать свой кетчуп»), Эдди сделал ход конем, рекрутировав в актуальный состав VH  кстати подросшего пухлячка-сынишку Вольфганга на роль бас-гитариста, и – барабанная дробь – первого (и многие полагают, лучшего) вокалиста дней своих суровых – Дэвида Ли Рота.

Та да да даммм… А вот эта новость даже у меня вызвала подобие живого интереса. Почему «даже»? Ну потому что лучшими работами VH я как раз и считаю альбомы с Ли Ротом, вплоть до «1984″, да еще сильно недооцененный «Van Halen III» с Гэри Шароне (Extreme). Зато Сэмми Хагара на дух не перевариваю, имея наглость полагать, что именно его приход превратил феерическое семейное предприятие Вэн Хэйленов в уныло-попсовую машину по производству хитов для стареющих чирлидерш некогда приятной наружности. Ну что, камбэк?

Ожидание скрашивало радио – на Classic Rock 95, 2 вот уже больше месяца звучит сингл из нового альбома – «Tattoo», запоминающийся рваным ритмом и удивительно привязчивым, пусть и неприлично-лаконичным рефреном. Для того, чтобы в полной мере удовлетворить растущее, как эго пятнадцатилетнего капитана любопытство, оставалось только дождаться этого самом «мирового релиза», долженствующего состояться аккурат сегодня, 7 февраля.

Не вынесла душа поэта. Нет, ну в самом деле – что ж я, должен весь день сидеть напротив радиоприемника сидеть и ловить отрывочные аккорды? Нет на то у меня времени. А что, если альбом уже выложила во всемирную паутину какая-нибудь добрая душа? В Штатах-то он должен был появиться несколько раньше всех остальных частей суши, а именно 3.02… Проверить что ли?

Ты смотри-ка, лялечки какие! Действительно – на календаре пятое февраля, тираж еще в магазины не поступил, а в сети альбом уже валяется в свободном доступе, как миленький. Ну же, качать скорее. Что диск грядущий нам готовит?

Трек-лист.

1. Tattoo
2. She’s The Woman
3. You And Your Blues
4. China Town
5. Blood And Fire
6. Bullethead
7. As Is
8. Honeybabysweetiedoll
9. The Trouble With Never
10. Outta Space
11. Stay Frosty
12. Big River
13. Beats Workin’

Ну и что я имею вам сказать после парочки прослушиваний? На мой взгляд, камбэк Вэн Хэйленов вполне можно признать состоявшимся. По- первости правда слегка обескуражило отсутствие на альбоме явных и громких хитов наподобие той же «Jump», но уже более углубленное вникание в материал показало – а и фиг с ним. В случае «Different Kind of Truth» мы имеем дело ссовершеннейше старорежимным VH конца 70-х, не баловавшим прилипчивыми мелодиями, зато до корней волос пробиравшим уникальной гитарной эквилибристикой и атмосферой сумасшедшего цирка. А этого на новом альбоме ух как достаточно. Диск ровный, мощный и отнюдь не скучный, это есть хорошо. И пусть Эдди не заявил своей игрой ничего кардинально сверхнового, но уведомить окружающих насчет пороха в пороховницах, показать, что владеет гитарой он по-прежнему ювелирно, у него вполне получилось. И пусть голос Дэвида уже не срывается в сумасшедший визг на ультразвуковых частотах, но никуда не делась «теплая ламповая» тембральная окраска. Пусть на младшего «Вана» – Вольфганга – трудновато смотреть без содрогания (кто-нибудь еще помнит британского певца по кличке Meat Loaf,- так вот, здесь почти такой же случай), зато с бас-гитарой он управляется с блеском.

Резюме? Пожалуй, для первого знакомства с группой, то есть для привлечения неофитов, диск не сильно подходящий, хоть и есть в его недрах особливо замечательные треки ( та же «Tattoo», «As Is» и «She’s a Woman»), а вот тем, кто посвятил Ванам годы жизни, к прослушиванию и осмыслению обязателен. Старый конь борозды не портит, перед нами как раз тот самый случай.

Приятного прослушивания!

Этот год, как впрочем и любой, подарил нам много-много хорошей музыки. Наверное, потому что я чего-то календарно- нового слушал не очень много, закопавшись в 70-х годах прошлого столетия. На эту тему в нашей меломанской компании бытовала замечательная шутка. На дворе годы разлагающегоя Ельцина. Встречаются два меломана.  - «Ну, что новенького услышал?»  - «Оооо, много! Голландский винил Uriah Heep 71 года и бутлег Yes 73-его. М-да… Ну так вот… Тем не менее, предполагаю, что ищущий мог обрясть (ну и словечко, прости, Господи) много замечательно интересного и в текущих, свежих релизах. Но ни один альбом, услышанный мной в 2011-м,  не был столь ожидаем (мной), и не оказался столь созвучен (мне) по общему настроению, как Bad as Me. Уж не знаю точно, чья в том заслуга – самого ли Тома ли Уэйтса, который создал музыку, сравнимую с великими (его же) альбомами 80-х – «Swordfishtrombones», «Rain Dogs» и «Frank’s Wild Years». Или просто прошло необходимое количество лет, и я наконец начал воспринимать и впитывать его музыку от начала и до конца, без натяжек и экивоков?

Впервые я услышал Уэйтса как раз в 1983-м. Девятый класс средней школы.  И был это как раз «Swordfishtrombones». Знакомый канадец, ректор торонтского университета между прочим, привез и подарил мне кассету. Сын у него заслушивается, видите ли… Надо ли говорить, что я тогда подумал, что чуваки – канадцы надо мной изощренно простебались – в почете у нас тогда были Rainbow, Queen и прочие помпезные красавцы с мытыми и не очень голосами волосами, ясное дело, что лысоватый и бомжеватый Том Уэйтс в эту когорту совершенно не вписывался.  Если в те годы я эту кассету и ставил, то лишь с целью погоготать с друзьями над «несуразной какофонией» и порассуждать о том, что видать Запад совсем уже зажрался, раз слушает такую бяку…

«Второе пришествие» Тома в мою жизнь случилось уже в годы пост-армейские. Мы тогда как раз мутили свою собственную группу, и часто наведывались к таким же, как мы друзьям – музыкантам в Питер. Надо ли говорить, что в конце 80-х в определенных питерских кругах Уэйтс был авангард-персоной №1? И вот именно тогда я впервые осознал, насколько музыка может быть, что называется, ко времени и к месту – в сырых и беспросветных питерских дворах – колодцах на Лиговке его печальные ранние баллады и яростные жесткие номера звучали более чем уместно, а уж особенно – наутро после злоупотребления дешевым портвейном. Именно там до меня начало доходить, что при всей (тоже, кстати, кажущейся) прямолинейности мышления мелодического Уэйтс крайне изобретателен и нетривиален в тканях, фактуре, аранжировочной составляющей своей музыки. Что каждый звук в его песнях не случаен, именно он, звук, а отнюдь не мелодия поставлен в этой музыке во главу угла. Что каждый стон (или рык) уместен. И что даже если пытаться воспроизводить его песни «нота в ноту» – ничего даже отдаленно подобного мы из себя выжать не можем…  Примерно так я проникся к Уэйтсу уважением, все еще граничащим порой  с веселым удивлением…  Потихонечку слушая старые его работы (»Blue Valentine» у меня до сих пор один из самых любимых) и с нетерпением влюбленного ожидая новых откровений.

Нет, ну надо же – хотел-то поговорить о новом альбоме, а получилось почему-то сочинение на тему «как я, будучи нетрезв, совершил грехопадение, и влюбился в затрапезного пьянчугу – авангардиста». Спокойно, вы же дочитали до этого места, ведь так? А мы уже и приехали. В 2011 год.

После эпического трехдискового полотна «Orphans» , включавшего неиздававшиеся ранее ауттэйки и несколько новых вещей, казалось, что старина Том завязал. Казалось, что попрощался, что годы уж не те, чтобы надевать на руку шесть пар часов (см. концертный DVD «Big Time», один из лучших концертов в истории рока в принципе) и скакать по сцене с грацией сломанной марионетки… И вот на календаре 24 октября, свежий альбом только несколько часов как поступил в продажу в Австралии, а на торрент-трекере его уже можно совершенно спокойно скачать. Что я тут же и делаю, прости FBI мою грешную нетерпеливую душу, аминь. Загружаем это дело в itunes и включаем скорее… Включаем, и оказываемся не где-нибудь, а прямиком на Route 66 образца 2011 года.

Проехать по Route 66 насквозь всю Америку, от Чикаго до Лос Анджелеса – это у меня мечта такая. Пока она так и остается мечтой, вот только теперь уже изрядно потрепанной и пошарпанной. Потому что, пока я сижу тут себе дома в подмосковье, друг мой Черепанов, скотина такая, долго не рассусоливал, снялся, проехал по ней и привез грустные вести – Route 66 потихонечку умирает. Реально умирает, могу свидетельствовать по виденным мною фотографиям. И совсем это уже не Главная Американская Дорога, на ней уже практически нет автомобилей, мотели разоряются, никто не навещает бесчисленные когда-то сувенирные магазины, ржавеют заправки. Так вот своим альбомом Том Уэйтс действительно спел эту легендарную дорогу – где-то пустынную и печальную, где-то еще храбрящуюся и наперекор всему живую. Спел, в своих 16 песнях ни разу не повторившись – ни интонационно, ни стилистически. От открывающей альбом яростной Chicago до завершающей After You Die нашлось в альбоме место для всего, чем так богат и славен наш герой – и психоделическому блюзу  Raised Right Man, и алкогольному джазу (Talking in the Same Time), и потрясающим до глубины души своей  печалью древнего старца балладам (Face to the Highway и Kiss Me) и текс-мексу (Back in the Crowd) и даже чему-то похожему на  индастриал, в том виде, как его понимает Том Уэйтс… Мелодии, уютные и знакомые, как ношенный пиджак, верная когорта музыкантов извлекает то нежные, то безумно-скрипучие звуки, Кит Ричардс оттеняет скупые объемные ноты Марка Рибо…и над всем этим уникальный голос великого артиста – то плачущий, то вопящий, то буквально выплевывающий слова в микрофон.  В этой музыке столько мудрости, столько жизни, столько искренности, что порой даже удивительно – как выдерживают колонки такой напор, и как не останавливается сердце, впитывающее откровения той легендарной Америки, которой давно уже не существует… Впрочем, почему же не существует – ведь я прямо сейчас держу ее в руках, маленькую пластинку, буквальную квинтэссенцию  страны, затерянной где-то во времени и пространстве, той страны, которую, увы, мы наверное уже никогда не увидим… И спасибо, выходит, старику Уэйтсу, что показал нам ее такой, какой он и только он ее знает…

Треки альбома:

01. Chicago
02. Raised Right Men
03. Talking At The Same Time
04. Get Lost
05. Face To The Highway
06. Pay Me
07. Back In The Crowd
08. Bad As Me
09. Kiss Me
10. Satisfied
11. Last Leaf
12. Hell Broke Luce
13. New Year’s Eve

Отметим, что Deluxe- издание, которое я не преминул прикупить, убедившись в том, что диск того несомненно заслуживает, включает в себя три бонус-трека на отдельном диске, ничуть не хуже всех предыдущих:

14. She Stole the Blush

15. Tell Me

16. After You Die

Музыканты:

Tom Waits: vocal,banjo,piano,guitar,percussion
Larry Taylor: guitar,bass
Marc Ribot: guitar
Keith Richards: guitar
Casey Waits: drums
Clint Maedgen: saxes
Ben Jaffe: trombone,bass clarinet
Charlie Musselwhite: harmonica

Первое, что приятно удивило – хорошая организация прохода на стадион. Я, пожалуй, в истории «Олимпийского» такого не припомню,- корректные, можно даже сказать, вежливые милиционеры, не просто функционально лающие в мегафоны, а реально разруливающие очереди к подъездам. Нас с Ритой буквально вытащили из огромного хвоста со словами «да не стойте вы тут, вон у другого подъезда совсем народу нет. В итоге внутрь мы вошли всего минут через 7-10 – если вспомнить, что на Роджера Уотерса мы стояли в двух огромных очередях более часа – несомненный рекорд. Немного пошарились по фойе, разглядывая достаточно богатый мерчандайз – майки, компакты, винилы, и пошли в зал. Там нас ждал первый сюрприз. Унылый голос из динамиков объявлял: «Сэр Пол рад, что вы пришли на его шоу, бла-бла-бла, но вылет начало концерта откладывается до 20.00 по причине»… Вот причину я не расслышал, да это было не так уж и важно – в принципе мы привыкли, что чем больше артист, тем длиннее у него пауза, соответственно тем дольше ждать зрителю начала шоу. Мы к этому привыкли – на нашей памяти концерт начинался абсолютно вовремя лишь однажды – при первом приезде в Москву все того же Уотерса. Ну и скажите, что в том хорошего – зал полупустой, очереди на вход в 7 вечера все еще огромные, многие успели увидеть только половину. Ладно, сидим – ждем. Из динамиков раздаются разнообразные каверы Битлов, пожалуй чересчур громко… Простая, без изысков сцена, залитая синим светом, по сцене не спеша бродят  техники, настраивающие аппаратуру.

Все когда-нибудь заканчивается, закончилось и наше ожидание. На часах 21.30, гаснет свет и на сцену выходит самый значительный музыкант современности. Немного даже неожиданно – уже третий концерт Пола в России, а в зале – аншлаг. Забито все, что только может быть забито – весь танцевальный партер, все боковые проходы и подходы, лишь только в вип-партере кое-где виднеются свободные места. Фото, извините, ужаснее некуда, но другого нет.

Глупо в стотысячный раз распространяться о том, кто такой Пол Маккартни. О его влиянии на музыкальную культуру ХХ века и о прочих достижениях. Вот я и не буду этого делать. Мне было в первую очередь немного страшновато – как 69-тилетний «Битл» будет выглядеть, как держаться на сцене, не станет ли шоу, приуроченное к юбилею выхода самой его знаменитой пластинки пост-битловского периода «Band on the Run», своеобразным «бряцанием старыми костями», не будет ли  все это действо выглядеть архаично и жалко… Так вот, все мои опасения были ни к чемуи ни о чем. Да, Пол может быть перемещался по сцене не так резво, как его более молодые коллеги по группе, к слову, тоже далеко уже не мальчики. Да, каких-то пограничных для его голоса нот он может и  не вытягивал – так он их всегда не вытягивал.

Гораздо больше удивило, насколько ммм… скажем так, неуклюже Пол общался с публикой. Произносил по-русски «Привьет, чуваки» и «спасибо», вызывая, впрочем, восторг публики. К месту и не к месту испускал ковбойское  »и-хха» – раз 30 за время концерта. Но все это было неважно. Потому что голос Пола, все такой же, как и много лет назад,  обрушивал на зал такие мощные волны любви, что она порой казалось осязаемой в огромном и в общем-то неприветливом зале. Потому что мощь его нисколько не устаревших за полвека песен пробирала до костей буквально всех – мы с моим соседом справа, грузным и противным бурдюком для пива, не вмещавшимся в утлое креслице «Олимпийского» в голос разрыдались при первых звуках «The Long and Winding Road», зал неистовствовал, бушевал, подпевал… Пол то брал в руки свой знаменитый Hofner – и мы уже знали, что сейчас будет что-то исконно-битловское, то вцеплялся в хиппански разукрашенный Gibson (»в память о Джими Хендриксе»,- сказал Маккартни), играл на акустике, рояле, фортепиано, разукрашенном в цвета Оркестра Клуба Одиноких сердец, на мандалине и даже на укулеле. И все это было нечеловечески здорово, это действительно было прекрасно – артист, живущий своей музыкой, зал в стопроцентном единении с ним, люди, размахивающие флагами и плакатами «It’s our return to Pepperland», и  - песни, песни, много песен, еще и еще больше.

Эх, единственное фото с присутствием Пола, которое хоть как-то получилось. А на что я надеялся, с  полумыльницей, да почти из-под самой крыши…  Ну да бог с ним. Так вот, песни. Концерт, на минуточку, продолжался 3 часа. Без перерыва, на одном дыхании. Поразительно, я так мыслю, что я, памятуя свои собственные выступления, выдержал бы этот марафон гораздо хуже.  И этот человек всего на 3 года моложе моей мамы???

Понятно, что Маккартни за свою жизнь написал столько шедевров, что даже недели концертных исполнений по 3 часа не хватит, и выбирать ему есть из чего… На мой взгляд, за  время концерта Пол спел все, что должен был (»Yesterday», «Hey Jude», «Let it Be»,»All my Loving», «Jet»  и еще много безусловных своих шедевров), все, без чего можно было в крайнем случае обойтись, и даже то, чего от него услышать не ожидали – «Something» в качестве поминовения Джорджа Харрисона и «Give Peace a Chance» для Джона. Потрясающий звук, очень внятный и чистый, давно знакомые, но от этого не потерявшие актуальности аранжировки, супер-профессиональные музыканты, к тому же еще и великолепные шоумены. Один барабанщик чего стоил – колотивший по своим инструментам даже не палочками, а какими-то бревнами, со зверской рожей полицейского из Алабамы, умудрявшийся еще и петь при этом… Пол, как рыба в воде, чувствовал себя в совершенно различных жанрах – от хард-рока (»Helter Skelter») до прогрессива пинкфлойдовского масштаба (завершавшая концерт «Carry That Weight»).

А вы говорите, вас там не было? Не смогли, не захотели, просто поленились, жалко денег? Напрасно, очень даже напрасно. Впрочем, прощаясь, Пол сказал – «We’ll sing together once more next time», а значит – не все еще закончилось, значит очень может быть, что он еще вернется.

God Bless You, Paul! Долгих тебе лет, возвращайся, мы будем ждать…

In the Flesh?

Хорошо, когда осуществляются мечты.  Конечно, бывает так, что с течением времени некоторые из мечт теряют актуальность, но не в этот раз. Потому что, если быть честным, я уже и не верил, и не мечтал, и не надеялся, что мне посчастливится увидеть ТАКОЕ. Потому что мне всегда казалось, что я опоздал на 30 лет. Потому что ну совершенно же ясно, что чудо невозможно – Ричард Райт покинул этот мир, Pink Floyd в анабиозе, а Роджеру Уотерсу – 67 лет.

Don’t Leave me Now.

Так что когда я впервые услышал о том, что Роджер решил заехать к нам в Москву с реинкарнацией The Wall – я не поверил. И даже когда купил билеты – не очень верил. И даже когда ехал вчера по стремительно пустеющей в преддверии Пасхи Москве – не верил. И когда более часа стоял в жуткой очереди, чтобы в «Олимпийский» войти (эх менты, менты, когда же вы уже работать нормально научитесь???) – сомневался… Старый стал, суеверный…

Another Brick in the Wall, part 2.

Вот совершенно сейчас неохота рассуждать о том, какое место «Стенка» занимает в мировой рок-н-ролльной табели о рангах, совершенно неохота классифицировать и разбирать достоинства музыки и текста(а я считаю, что недостатков эта работа лишена). Будем считать, что я в данном случае пристрастен, в полемику не вступаю, возражений не принимаю. Это мое, личное.  The Wall со мной большую часть жизни,- в виде затертого до дыр винила, который я так и не нашел в себе сил кому-нибудь подарить с приходом эры CD.  В виде гениального фильма Паркера – сначала на VHS, а потом уж и на DVD. В виде концертной записи «всех звезд» на обломках берлинской стены. И вот теперь  наконец в виде совершенно срывающего крышу выступления Live.

Bring the Boys Back Home

Опасения? Опасения конечно были. Мало кому удается оставаться в форме после 60-ти, природу не обманешь. Не добавляли оптимизма и интервью Роджера, в которых он говорил – «да пожалуй последний раз съезжу я в тур, годы мои уж не те – орать со сцены». Все страхи развеялись с первыми же аккордами – группа Роджера звучала совершенно  как Pink Floyd в лучшие свои годы, заставляя сопереживать каждой ноте, и даже отсутствие Гилмора было не очень заметно – все-таки Snowy White далеко не самый плохой гитарист, добросовестно воспроизводивший все характерные Гилморовские пассажи, и, где это было возможно,  добавлявший от себя новые свежие краски.

Comfortably Numb

Ну все. Когда мы окончательно убедились, что Уотерс (известный экспериментатор, что ни говори) решил на этот раз обойтись без нововведений – осталась только музыка. Было даже несколько жалко, что Роджер исполнил совершенно канонический вариант альбома, не включив в него When The Tigers Grow Free, составлявшей в свое время некоторую изюминку живых выступлений, и обойдясь без Tide is Turning, закончив выступление классическим финальным номером – Outside the Wall. Но это я уже нагло придираюсь.

Nobody Home

Главное, что неимоверно поразило – не полная музыкальная идентичность живого выступления альбомной версии, нет. Учитывая класс музыкантов, этого следовало ожидать. И даже не уникальное шоу – к этому я все-таки немного был готов, хотя конечно видеть все это в зале – совсем не то, что на экране телевизора.

In the Flesh

Самое большое впечатление всего концерта – это конечно голос Роджера – порой усталый, – а кто бы не устал посреди тура, в котором концерты почти каждый день с марта по июнь? Но боги мои, как он исполнил The Trial – я никогда как-то и не задумывался, что это мини-спектакль одного гениального актера, всегда полагая несколько вокалистов в этой эпохальной композиции…

The Trial

Человек не просто достоин оваций, которые не смолкали на протяжении всего шоу, ей Богу, он достоин того, чтобы весь концерт слушать стоя.  Не передать, как я был расстроен, когда шоу завершилось. И не передать, как хотелось тут же купить билеты в Питер, чтобы 25 апреля еще раз увидеть это неповторимо великолепное представление. Или 27-го в Хельсинки? Я был бы совершенно согласен смотреть The Wall через день до июля, да хоть каждый день – в моем случае это не будет перебором, вот честно.

Mother

Что-что вы говорите? Герои вчерашних дней? Говорите, их время уходит? Может быть, оно конечно и так – но делают они это так достойно, так красиво – что хочется только пожелать им  долгих лет, новых записей… и чтобы у нас еще была возможность вживую сопереживать их творчеству.

The Show Must Go On!

Потрясающе! Три дня назад закончилась одна долгоиграющая история. Почти детектив, между прочим. Сопровождала она мою жизнь страшно сказать – 22 с небольшим года. А закончилась в несколько секунд. Разрешилась крупнейшая меломанская загадка моей юности.

Суть, собственно, вот в чем. Музыка ( не в том плане пока, чтобы ее играть, а что послушать) начала интересовать меня где-то в возрасте лет 12-ти. Естественно, пришел я к этой увлеченности не один, и не самостоятельно – все мои друзья тогда в той или иной мере попадали под власть мелодий и ритмов, а обучение в английской спецшколе наряду с детьми «выездных» дипломатов и примкнувшего к ним персонала, предопределило большую, чем в среднем по больнице – родине СССР – музыкальную информированность. Пока сверстники на дискотеках осваивали ABBA да Boney M, мы с друзьями на импортной аппаратуре заслушивались   фирменными дисками Cars, Blondie, 10 CC, ELO,  и Foreigner. Что не исключало, конечно, и овладение «классикой» – Deep Purple, Led Zeppelin, Queen, но и позволяло быть в курсе тогдашней «ультрамоды», слушать ту же музыку, что владела умами сверстников за океаном. Да да, я понимаю, что сейчас это норма, но тогда, в Союзе конца 70-х начале 80-х это было неоценимо, уникально это было…

Особенно тогда ценилась – информация. Ее просто не было. Существовал один «Billboard» на всю школу. Приходилось быть рачительным накопителем – у каждого уважающего себя меломана был толстенький ежедневничек, в который заносились отовсюду по крупицам добываемые данные – составы групп, изменения в них, выпущенные альбомы. В принципе каждый такой ежедневник мог служить базой для написания в будущем рок-энциклопедии. Да мы и чувствовали себя – энциклопедистами, архивариусами, учеными, летописцами рока – нашей любимой музыки.

Слушали мы тогда, конечно, очень много, часто без разбору. Всеядные были практически. Появлялся где-нибудь на горизонте диск Status Quo – слушали с удовольствием. Попадалась группа  Сan – без проблем.  Главным было – высокое качество исполнения, а уж Боб Сигер, Стив Миллер – впитывали все подряд. Помню даже слушали Барри Манилова – был в моей биографии такой эстрадный факт. Отсекалось только совсем уж что-нибудь одиозное – какие-нибудь Арабески или Оттаван. Или они были позже? Впрочем, это неважно, к сути повествования ровным счетом ничего не добавляет.

Все, что вы прочли выше – это присказка была, сказка впереди. А вот она уже и начинается. Почти через 10 лет такой вот упертой увлеченности я стал очень «наслушанным» (по аналогии с «начитанным») молодым человеком, достаточно искушенным в мире рок-н-ролла. Это и сейчас работает – когда я слушаю, например, радио, смотреть на RDS в поисках информации – кто играет,- мне практически не приходится. Doobie Brothers от Three Dog Night или Bachman Turner Overdrive я точно отличу с десятка тактов. В какой-то мере это что-то вроде спорта – угадать, что звучит в данный момент. Всегда любил такие загадки. Приятели, зная за мной такого рода увлеченность, периодически подбрасывали мне задачки, проверяя «на вшивость».

И вот в один из таких же, как сейчас, простуженных зимних дней 1989 года, у моих дверей нарисовался  тогдашний приятель – соавтор – гитарист – партнер – Дима с гостинцем и озадаченным вопросом – «как ты думаешь, это кто»?

Вопрос был немедленно включен посредством кассетного магнитофона. Кассету, по словам друга, кто-то оставил в салоне машины его отца – таксиста, опознавательных знаков на ней не было, вся надежда была на эрудицию. И если содержимое стороны «а» не вызвало вопросов – там находился один из любимых мной дисков Yes, то записанное на второй заставило крепко задуматься. Потому что, несмотря на некоторую похожесть и очевидные ассоциации с Alan Parsons Project, музыка знакомой не была. Изощренная гитара, спокойный, не истеричный вокал, фоновые клавиши и мягкая, совершенно ни на что не похожая флейта. При этом ко всему прочему довольно много инструментальных композиций…

Черт возьми, да кто же это? Скажу вам честно, ни тогда, ни впоследствии я не мог найти ответа на этот вопрос. Музыка мне очень понравилась, была переписана для дальнейшего слушания, с течением времени заинтересовывала все больше – понятно было, что исполнители – из высшей лиги, но изыскания ничего не давали. Кассету для прослушивания куда я только не таскал – даже к «Мелодии на Ленинском» (была такая тусовка меломанов, торговавших – обменивавшихся винилами) и на знаменитую «Горбушку».

Тщетно. Никаких идей и зацепок. Уже появились CD, вышли из употребления сначала вертушки, потом кассетные магнитофоны, а я так и не знал, что же это у меня такое записано. Потом и кассета куда-то подевалась, оставив смутные воспоминания и строчки припева из второй композиции – «I don’t wanna be a refugee».

Странно, но ведь и всемогущий интернет поначалу не сильно помог. Ничего не давали вводимые в поисковик строчки. Однако память человеческая – странная штука, иногда из ее глубин на поверхность восприятия всплывает совершенно непонятно как сохранившаяся в пыльных уголках мозга информация…

Down by the Lake

Warm afternoon

… что-то там такое… carrying children’s baloons…

Бог мой, что это я напеваю? Сколько времени прошло, а я слышу песенку с той давно утерянной кассеты, как наяву. Чем черт не шутит, может быть где-нибудь в сети завалялись хоть эти отрывочные строки?

ДААА! YESSSS! ЗАРАБОТАЛО! Я НАШЕЛ!!!!!!!! Приправленные словом «lyrics» строчки тут же принесли результат. Выяснилось все и сразу – и что группа, столь давно изводившая меня, называется Camel, и альбом 1982 года называется Stationary Traveller, и что данная запись в их творчестве стоит несколько особняком в силу своей непохожести на другие их же работы…

И что самое главное –  музыка эта  по прослушивании через 10 минимум лет совершенно не потеряла своей хрупкой, неземной какой-то привлекательности. И еще замечательное – что за все то время, когда я ну совсем ничего не подозревал об их существовании, гениальный гитарист – флейтист Энди Латимер сотоварищи создали более десятка альбомов, прослушать которые не только есть смысл, прослушать которые – обязательно…

Жаль. Чертовски жаль, что я пока (сам, что называется, едва знаком) ничего вразумительного вам о Camel рассказать не способен. Но может быть, я вас заинтересовал вот такой странной историей любви к хорошей музыке длиной в 22 года? Доказывающей, что хотя бы беглого знакомства эта группа уж точно заслуживает…

Вот не могу сказать, что хорошо знаю все аспекты творчества Гэри Мура… Что являюсь большим поклонником его работ – не скажу тоже… Но его реверансы в сторону эдакого поп-блюза, начиная с альбома Still got the Blues (1990) мне всегда очень импонировали. Мне всегда казалось, что именно здесь его гений лиричного – техничного гитариста раскрылся в полной мере… Не изобретая нового (говорят, исключение – его «электронные» альбомы 1997 – 1999 годов), он всегда делал музыку высочайшей пробы, потрясающе мелодичную,  коммерчески выверенную, но при этом в чем-то даже болезненно искреннюю…

И вот теперь его нет. Он ушел от нас вчера, в возрасте 58 лет, от сердечного приступа… Покойся с миром, мы будем скучать по тебе, твоей музыке, уникальному звуку твоей гитары… RIP.

Собственно, ценность данного ресурса не столько в наличии определенного набора композиций, сколько в возможности вставить любую песенку в блог, просто скопировав html-код.

lynyrd skynyrd whats your name

Mp3Skip.com