Этот год, как впрочем и любой, подарил нам много-много хорошей музыки. Наверное, потому что я чего-то календарно- нового слушал не очень много, закопавшись в 70-х годах прошлого столетия. На эту тему в нашей меломанской компании бытовала замечательная шутка. На дворе годы разлагающегоя Ельцина. Встречаются два меломана.  - «Ну, что новенького услышал?»  - «Оооо, много! Голландский винил Uriah Heep 71 года и бутлег Yes 73-его. М-да… Ну так вот… Тем не менее, предполагаю, что ищущий мог обрясть (ну и словечко, прости, Господи) много замечательно интересного и в текущих, свежих релизах. Но ни один альбом, услышанный мной в 2011-м,  не был столь ожидаем (мной), и не оказался столь созвучен (мне) по общему настроению, как Bad as Me. Уж не знаю точно, чья в том заслуга – самого ли Тома ли Уэйтса, который создал музыку, сравнимую с великими (его же) альбомами 80-х – «Swordfishtrombones», «Rain Dogs» и «Frank’s Wild Years». Или просто прошло необходимое количество лет, и я наконец начал воспринимать и впитывать его музыку от начала и до конца, без натяжек и экивоков?

Впервые я услышал Уэйтса как раз в 1983-м. Девятый класс средней школы.  И был это как раз «Swordfishtrombones». Знакомый канадец, ректор торонтского университета между прочим, привез и подарил мне кассету. Сын у него заслушивается, видите ли… Надо ли говорить, что я тогда подумал, что чуваки – канадцы надо мной изощренно простебались – в почете у нас тогда были Rainbow, Queen и прочие помпезные красавцы с мытыми и не очень голосами волосами, ясное дело, что лысоватый и бомжеватый Том Уэйтс в эту когорту совершенно не вписывался.  Если в те годы я эту кассету и ставил, то лишь с целью погоготать с друзьями над «несуразной какофонией» и порассуждать о том, что видать Запад совсем уже зажрался, раз слушает такую бяку…

«Второе пришествие» Тома в мою жизнь случилось уже в годы пост-армейские. Мы тогда как раз мутили свою собственную группу, и часто наведывались к таким же, как мы друзьям – музыкантам в Питер. Надо ли говорить, что в конце 80-х в определенных питерских кругах Уэйтс был авангард-персоной №1? И вот именно тогда я впервые осознал, насколько музыка может быть, что называется, ко времени и к месту – в сырых и беспросветных питерских дворах – колодцах на Лиговке его печальные ранние баллады и яростные жесткие номера звучали более чем уместно, а уж особенно – наутро после злоупотребления дешевым портвейном. Именно там до меня начало доходить, что при всей (тоже, кстати, кажущейся) прямолинейности мышления мелодического Уэйтс крайне изобретателен и нетривиален в тканях, фактуре, аранжировочной составляющей своей музыки. Что каждый звук в его песнях не случаен, именно он, звук, а отнюдь не мелодия поставлен в этой музыке во главу угла. Что каждый стон (или рык) уместен. И что даже если пытаться воспроизводить его песни «нота в ноту» – ничего даже отдаленно подобного мы из себя выжать не можем…  Примерно так я проникся к Уэйтсу уважением, все еще граничащим порой  с веселым удивлением…  Потихонечку слушая старые его работы (»Blue Valentine» у меня до сих пор один из самых любимых) и с нетерпением влюбленного ожидая новых откровений.

Нет, ну надо же – хотел-то поговорить о новом альбоме, а получилось почему-то сочинение на тему «как я, будучи нетрезв, совершил грехопадение, и влюбился в затрапезного пьянчугу – авангардиста». Спокойно, вы же дочитали до этого места, ведь так? А мы уже и приехали. В 2011 год.

После эпического трехдискового полотна «Orphans» , включавшего неиздававшиеся ранее ауттэйки и несколько новых вещей, казалось, что старина Том завязал. Казалось, что попрощался, что годы уж не те, чтобы надевать на руку шесть пар часов (см. концертный DVD «Big Time», один из лучших концертов в истории рока в принципе) и скакать по сцене с грацией сломанной марионетки… И вот на календаре 24 октября, свежий альбом только несколько часов как поступил в продажу в Австралии, а на торрент-трекере его уже можно совершенно спокойно скачать. Что я тут же и делаю, прости FBI мою грешную нетерпеливую душу, аминь. Загружаем это дело в itunes и включаем скорее… Включаем, и оказываемся не где-нибудь, а прямиком на Route 66 образца 2011 года.

Проехать по Route 66 насквозь всю Америку, от Чикаго до Лос Анджелеса – это у меня мечта такая. Пока она так и остается мечтой, вот только теперь уже изрядно потрепанной и пошарпанной. Потому что, пока я сижу тут себе дома в подмосковье, друг мой Черепанов, скотина такая, долго не рассусоливал, снялся, проехал по ней и привез грустные вести – Route 66 потихонечку умирает. Реально умирает, могу свидетельствовать по виденным мною фотографиям. И совсем это уже не Главная Американская Дорога, на ней уже практически нет автомобилей, мотели разоряются, никто не навещает бесчисленные когда-то сувенирные магазины, ржавеют заправки. Так вот своим альбомом Том Уэйтс действительно спел эту легендарную дорогу – где-то пустынную и печальную, где-то еще храбрящуюся и наперекор всему живую. Спел, в своих 16 песнях ни разу не повторившись – ни интонационно, ни стилистически. От открывающей альбом яростной Chicago до завершающей After You Die нашлось в альбоме место для всего, чем так богат и славен наш герой – и психоделическому блюзу  Raised Right Man, и алкогольному джазу (Talking in the Same Time), и потрясающим до глубины души своей  печалью древнего старца балладам (Face to the Highway и Kiss Me) и текс-мексу (Back in the Crowd) и даже чему-то похожему на  индастриал, в том виде, как его понимает Том Уэйтс… Мелодии, уютные и знакомые, как ношенный пиджак, верная когорта музыкантов извлекает то нежные, то безумно-скрипучие звуки, Кит Ричардс оттеняет скупые объемные ноты Марка Рибо…и над всем этим уникальный голос великого артиста – то плачущий, то вопящий, то буквально выплевывающий слова в микрофон.  В этой музыке столько мудрости, столько жизни, столько искренности, что порой даже удивительно – как выдерживают колонки такой напор, и как не останавливается сердце, впитывающее откровения той легендарной Америки, которой давно уже не существует… Впрочем, почему же не существует – ведь я прямо сейчас держу ее в руках, маленькую пластинку, буквальную квинтэссенцию  страны, затерянной где-то во времени и пространстве, той страны, которую, увы, мы наверное уже никогда не увидим… И спасибо, выходит, старику Уэйтсу, что показал нам ее такой, какой он и только он ее знает…

Треки альбома:

01. Chicago
02. Raised Right Men
03. Talking At The Same Time
04. Get Lost
05. Face To The Highway
06. Pay Me
07. Back In The Crowd
08. Bad As Me
09. Kiss Me
10. Satisfied
11. Last Leaf
12. Hell Broke Luce
13. New Year’s Eve

Отметим, что Deluxe- издание, которое я не преминул прикупить, убедившись в том, что диск того несомненно заслуживает, включает в себя три бонус-трека на отдельном диске, ничуть не хуже всех предыдущих:

14. She Stole the Blush

15. Tell Me

16. After You Die

Музыканты:

Tom Waits: vocal,banjo,piano,guitar,percussion
Larry Taylor: guitar,bass
Marc Ribot: guitar
Keith Richards: guitar
Casey Waits: drums
Clint Maedgen: saxes
Ben Jaffe: trombone,bass clarinet
Charlie Musselwhite: harmonica

Первое, что приятно удивило – хорошая организация прохода на стадион. Я, пожалуй, в истории «Олимпийского» такого не припомню,- корректные, можно даже сказать, вежливые милиционеры, не просто функционально лающие в мегафоны, а реально разруливающие очереди к подъездам. Нас с Ритой буквально вытащили из огромного хвоста со словами «да не стойте вы тут, вон у другого подъезда совсем народу нет. В итоге внутрь мы вошли всего минут через 7-10 – если вспомнить, что на Роджера Уотерса мы стояли в двух огромных очередях более часа – несомненный рекорд. Немного пошарились по фойе, разглядывая достаточно богатый мерчандайз – майки, компакты, винилы, и пошли в зал. Там нас ждал первый сюрприз. Унылый голос из динамиков объявлял: «Сэр Пол рад, что вы пришли на его шоу, бла-бла-бла, но вылет начало концерта откладывается до 20.00 по причине»… Вот причину я не расслышал, да это было не так уж и важно – в принципе мы привыкли, что чем больше артист, тем длиннее у него пауза, соответственно тем дольше ждать зрителю начала шоу. Мы к этому привыкли – на нашей памяти концерт начинался абсолютно вовремя лишь однажды – при первом приезде в Москву все того же Уотерса. Ну и скажите, что в том хорошего – зал полупустой, очереди на вход в 7 вечера все еще огромные, многие успели увидеть только половину. Ладно, сидим – ждем. Из динамиков раздаются разнообразные каверы Битлов, пожалуй чересчур громко… Простая, без изысков сцена, залитая синим светом, по сцене не спеша бродят  техники, настраивающие аппаратуру.

Все когда-нибудь заканчивается, закончилось и наше ожидание. На часах 21.30, гаснет свет и на сцену выходит самый значительный музыкант современности. Немного даже неожиданно – уже третий концерт Пола в России, а в зале – аншлаг. Забито все, что только может быть забито – весь танцевальный партер, все боковые проходы и подходы, лишь только в вип-партере кое-где виднеются свободные места. Фото, извините, ужаснее некуда, но другого нет.

Глупо в стотысячный раз распространяться о том, кто такой Пол Маккартни. О его влиянии на музыкальную культуру ХХ века и о прочих достижениях. Вот я и не буду этого делать. Мне было в первую очередь немного страшновато – как 69-тилетний «Битл» будет выглядеть, как держаться на сцене, не станет ли шоу, приуроченное к юбилею выхода самой его знаменитой пластинки пост-битловского периода «Band on the Run», своеобразным «бряцанием старыми костями», не будет ли  все это действо выглядеть архаично и жалко… Так вот, все мои опасения были ни к чемуи ни о чем. Да, Пол может быть перемещался по сцене не так резво, как его более молодые коллеги по группе, к слову, тоже далеко уже не мальчики. Да, каких-то пограничных для его голоса нот он может и  не вытягивал – так он их всегда не вытягивал.

Гораздо больше удивило, насколько ммм… скажем так, неуклюже Пол общался с публикой. Произносил по-русски «Привьет, чуваки» и «спасибо», вызывая, впрочем, восторг публики. К месту и не к месту испускал ковбойское  »и-хха» – раз 30 за время концерта. Но все это было неважно. Потому что голос Пола, все такой же, как и много лет назад,  обрушивал на зал такие мощные волны любви, что она порой казалось осязаемой в огромном и в общем-то неприветливом зале. Потому что мощь его нисколько не устаревших за полвека песен пробирала до костей буквально всех – мы с моим соседом справа, грузным и противным бурдюком для пива, не вмещавшимся в утлое креслице «Олимпийского» в голос разрыдались при первых звуках «The Long and Winding Road», зал неистовствовал, бушевал, подпевал… Пол то брал в руки свой знаменитый Hofner – и мы уже знали, что сейчас будет что-то исконно-битловское, то вцеплялся в хиппански разукрашенный Gibson (»в память о Джими Хендриксе»,- сказал Маккартни), играл на акустике, рояле, фортепиано, разукрашенном в цвета Оркестра Клуба Одиноких сердец, на мандалине и даже на укулеле. И все это было нечеловечески здорово, это действительно было прекрасно – артист, живущий своей музыкой, зал в стопроцентном единении с ним, люди, размахивающие флагами и плакатами «It’s our return to Pepperland», и  - песни, песни, много песен, еще и еще больше.

Эх, единственное фото с присутствием Пола, которое хоть как-то получилось. А на что я надеялся, с  полумыльницей, да почти из-под самой крыши…  Ну да бог с ним. Так вот, песни. Концерт, на минуточку, продолжался 3 часа. Без перерыва, на одном дыхании. Поразительно, я так мыслю, что я, памятуя свои собственные выступления, выдержал бы этот марафон гораздо хуже.  И этот человек всего на 3 года моложе моей мамы???

Понятно, что Маккартни за свою жизнь написал столько шедевров, что даже недели концертных исполнений по 3 часа не хватит, и выбирать ему есть из чего… На мой взгляд, за  время концерта Пол спел все, что должен был (»Yesterday», «Hey Jude», «Let it Be»,»All my Loving», «Jet»  и еще много безусловных своих шедевров), все, без чего можно было в крайнем случае обойтись, и даже то, чего от него услышать не ожидали – «Something» в качестве поминовения Джорджа Харрисона и «Give Peace a Chance» для Джона. Потрясающий звук, очень внятный и чистый, давно знакомые, но от этого не потерявшие актуальности аранжировки, супер-профессиональные музыканты, к тому же еще и великолепные шоумены. Один барабанщик чего стоил – колотивший по своим инструментам даже не палочками, а какими-то бревнами, со зверской рожей полицейского из Алабамы, умудрявшийся еще и петь при этом… Пол, как рыба в воде, чувствовал себя в совершенно различных жанрах – от хард-рока (»Helter Skelter») до прогрессива пинкфлойдовского масштаба (завершавшая концерт «Carry That Weight»).

А вы говорите, вас там не было? Не смогли, не захотели, просто поленились, жалко денег? Напрасно, очень даже напрасно. Впрочем, прощаясь, Пол сказал – «We’ll sing together once more next time», а значит – не все еще закончилось, значит очень может быть, что он еще вернется.

God Bless You, Paul! Долгих тебе лет, возвращайся, мы будем ждать…

In the Flesh?

Хорошо, когда осуществляются мечты.  Конечно, бывает так, что с течением времени некоторые из мечт теряют актуальность, но не в этот раз. Потому что, если быть честным, я уже и не верил, и не мечтал, и не надеялся, что мне посчастливится увидеть ТАКОЕ. Потому что мне всегда казалось, что я опоздал на 30 лет. Потому что ну совершенно же ясно, что чудо невозможно – Ричард Райт покинул этот мир, Pink Floyd в анабиозе, а Роджеру Уотерсу – 67 лет.

Don’t Leave me Now.

Так что когда я впервые услышал о том, что Роджер решил заехать к нам в Москву с реинкарнацией The Wall – я не поверил. И даже когда купил билеты – не очень верил. И даже когда ехал вчера по стремительно пустеющей в преддверии Пасхи Москве – не верил. И когда более часа стоял в жуткой очереди, чтобы в «Олимпийский» войти (эх менты, менты, когда же вы уже работать нормально научитесь???) – сомневался… Старый стал, суеверный…

Another Brick in the Wall, part 2.

Вот совершенно сейчас неохота рассуждать о том, какое место «Стенка» занимает в мировой рок-н-ролльной табели о рангах, совершенно неохота классифицировать и разбирать достоинства музыки и текста(а я считаю, что недостатков эта работа лишена). Будем считать, что я в данном случае пристрастен, в полемику не вступаю, возражений не принимаю. Это мое, личное.  The Wall со мной большую часть жизни,- в виде затертого до дыр винила, который я так и не нашел в себе сил кому-нибудь подарить с приходом эры CD.  В виде гениального фильма Паркера – сначала на VHS, а потом уж и на DVD. В виде концертной записи «всех звезд» на обломках берлинской стены. И вот теперь  наконец в виде совершенно срывающего крышу выступления Live.

Bring the Boys Back Home

Опасения? Опасения конечно были. Мало кому удается оставаться в форме после 60-ти, природу не обманешь. Не добавляли оптимизма и интервью Роджера, в которых он говорил – «да пожалуй последний раз съезжу я в тур, годы мои уж не те – орать со сцены». Все страхи развеялись с первыми же аккордами – группа Роджера звучала совершенно  как Pink Floyd в лучшие свои годы, заставляя сопереживать каждой ноте, и даже отсутствие Гилмора было не очень заметно – все-таки Snowy White далеко не самый плохой гитарист, добросовестно воспроизводивший все характерные Гилморовские пассажи, и, где это было возможно,  добавлявший от себя новые свежие краски.

Comfortably Numb

Ну все. Когда мы окончательно убедились, что Уотерс (известный экспериментатор, что ни говори) решил на этот раз обойтись без нововведений – осталась только музыка. Было даже несколько жалко, что Роджер исполнил совершенно канонический вариант альбома, не включив в него When The Tigers Grow Free, составлявшей в свое время некоторую изюминку живых выступлений, и обойдясь без Tide is Turning, закончив выступление классическим финальным номером – Outside the Wall. Но это я уже нагло придираюсь.

Nobody Home

Главное, что неимоверно поразило – не полная музыкальная идентичность живого выступления альбомной версии, нет. Учитывая класс музыкантов, этого следовало ожидать. И даже не уникальное шоу – к этому я все-таки немного был готов, хотя конечно видеть все это в зале – совсем не то, что на экране телевизора.

In the Flesh

Самое большое впечатление всего концерта – это конечно голос Роджера – порой усталый, – а кто бы не устал посреди тура, в котором концерты почти каждый день с марта по июнь? Но боги мои, как он исполнил The Trial – я никогда как-то и не задумывался, что это мини-спектакль одного гениального актера, всегда полагая несколько вокалистов в этой эпохальной композиции…

The Trial

Человек не просто достоин оваций, которые не смолкали на протяжении всего шоу, ей Богу, он достоин того, чтобы весь концерт слушать стоя.  Не передать, как я был расстроен, когда шоу завершилось. И не передать, как хотелось тут же купить билеты в Питер, чтобы 25 апреля еще раз увидеть это неповторимо великолепное представление. Или 27-го в Хельсинки? Я был бы совершенно согласен смотреть The Wall через день до июля, да хоть каждый день – в моем случае это не будет перебором, вот честно.

Mother

Что-что вы говорите? Герои вчерашних дней? Говорите, их время уходит? Может быть, оно конечно и так – но делают они это так достойно, так красиво – что хочется только пожелать им  долгих лет, новых записей… и чтобы у нас еще была возможность вживую сопереживать их творчеству.

The Show Must Go On!

Потрясающе! Три дня назад закончилась одна долгоиграющая история. Почти детектив, между прочим. Сопровождала она мою жизнь страшно сказать – 22 с небольшим года. А закончилась в несколько секунд. Разрешилась крупнейшая меломанская загадка моей юности.

Суть, собственно, вот в чем. Музыка ( не в том плане пока, чтобы ее играть, а что послушать) начала интересовать меня где-то в возрасте лет 12-ти. Естественно, пришел я к этой увлеченности не один, и не самостоятельно – все мои друзья тогда в той или иной мере попадали под власть мелодий и ритмов, а обучение в английской спецшколе наряду с детьми «выездных» дипломатов и примкнувшего к ним персонала, предопределило большую, чем в среднем по больнице – родине СССР – музыкальную информированность. Пока сверстники на дискотеках осваивали ABBA да Boney M, мы с друзьями на импортной аппаратуре заслушивались   фирменными дисками Cars, Blondie, 10 CC, ELO,  и Foreigner. Что не исключало, конечно, и овладение «классикой» – Deep Purple, Led Zeppelin, Queen, но и позволяло быть в курсе тогдашней «ультрамоды», слушать ту же музыку, что владела умами сверстников за океаном. Да да, я понимаю, что сейчас это норма, но тогда, в Союзе конца 70-х начале 80-х это было неоценимо, уникально это было…

Особенно тогда ценилась – информация. Ее просто не было. Существовал один «Billboard» на всю школу. Приходилось быть рачительным накопителем – у каждого уважающего себя меломана был толстенький ежедневничек, в который заносились отовсюду по крупицам добываемые данные – составы групп, изменения в них, выпущенные альбомы. В принципе каждый такой ежедневник мог служить базой для написания в будущем рок-энциклопедии. Да мы и чувствовали себя – энциклопедистами, архивариусами, учеными, летописцами рока – нашей любимой музыки.

Слушали мы тогда, конечно, очень много, часто без разбору. Всеядные были практически. Появлялся где-нибудь на горизонте диск Status Quo – слушали с удовольствием. Попадалась группа  Сan – без проблем.  Главным было – высокое качество исполнения, а уж Боб Сигер, Стив Миллер – впитывали все подряд. Помню даже слушали Барри Манилова – был в моей биографии такой эстрадный факт. Отсекалось только совсем уж что-нибудь одиозное – какие-нибудь Арабески или Оттаван. Или они были позже? Впрочем, это неважно, к сути повествования ровным счетом ничего не добавляет.

Все, что вы прочли выше – это присказка была, сказка впереди. А вот она уже и начинается. Почти через 10 лет такой вот упертой увлеченности я стал очень «наслушанным» (по аналогии с «начитанным») молодым человеком, достаточно искушенным в мире рок-н-ролла. Это и сейчас работает – когда я слушаю, например, радио, смотреть на RDS в поисках информации – кто играет,- мне практически не приходится. Doobie Brothers от Three Dog Night или Bachman Turner Overdrive я точно отличу с десятка тактов. В какой-то мере это что-то вроде спорта – угадать, что звучит в данный момент. Всегда любил такие загадки. Приятели, зная за мной такого рода увлеченность, периодически подбрасывали мне задачки, проверяя «на вшивость».

И вот в один из таких же, как сейчас, простуженных зимних дней 1989 года, у моих дверей нарисовался  тогдашний приятель – соавтор – гитарист – партнер – Дима с гостинцем и озадаченным вопросом – «как ты думаешь, это кто»?

Вопрос был немедленно включен посредством кассетного магнитофона. Кассету, по словам друга, кто-то оставил в салоне машины его отца – таксиста, опознавательных знаков на ней не было, вся надежда была на эрудицию. И если содержимое стороны «а» не вызвало вопросов – там находился один из любимых мной дисков Yes, то записанное на второй заставило крепко задуматься. Потому что, несмотря на некоторую похожесть и очевидные ассоциации с Alan Parsons Project, музыка знакомой не была. Изощренная гитара, спокойный, не истеричный вокал, фоновые клавиши и мягкая, совершенно ни на что не похожая флейта. При этом ко всему прочему довольно много инструментальных композиций…

Черт возьми, да кто же это? Скажу вам честно, ни тогда, ни впоследствии я не мог найти ответа на этот вопрос. Музыка мне очень понравилась, была переписана для дальнейшего слушания, с течением времени заинтересовывала все больше – понятно было, что исполнители – из высшей лиги, но изыскания ничего не давали. Кассету для прослушивания куда я только не таскал – даже к «Мелодии на Ленинском» (была такая тусовка меломанов, торговавших – обменивавшихся винилами) и на знаменитую «Горбушку».

Тщетно. Никаких идей и зацепок. Уже появились CD, вышли из употребления сначала вертушки, потом кассетные магнитофоны, а я так и не знал, что же это у меня такое записано. Потом и кассета куда-то подевалась, оставив смутные воспоминания и строчки припева из второй композиции – «I don’t wanna be a refugee».

Странно, но ведь и всемогущий интернет поначалу не сильно помог. Ничего не давали вводимые в поисковик строчки. Однако память человеческая – странная штука, иногда из ее глубин на поверхность восприятия всплывает совершенно непонятно как сохранившаяся в пыльных уголках мозга информация…

Down by the Lake

Warm afternoon

… что-то там такое… carrying children’s baloons…

Бог мой, что это я напеваю? Сколько времени прошло, а я слышу песенку с той давно утерянной кассеты, как наяву. Чем черт не шутит, может быть где-нибудь в сети завалялись хоть эти отрывочные строки?

ДААА! YESSSS! ЗАРАБОТАЛО! Я НАШЕЛ!!!!!!!! Приправленные словом «lyrics» строчки тут же принесли результат. Выяснилось все и сразу – и что группа, столь давно изводившая меня, называется Camel, и альбом 1982 года называется Stationary Traveller, и что данная запись в их творчестве стоит несколько особняком в силу своей непохожести на другие их же работы…

И что самое главное –  музыка эта  по прослушивании через 10 минимум лет совершенно не потеряла своей хрупкой, неземной какой-то привлекательности. И еще замечательное – что за все то время, когда я ну совсем ничего не подозревал об их существовании, гениальный гитарист – флейтист Энди Латимер сотоварищи создали более десятка альбомов, прослушать которые не только есть смысл, прослушать которые – обязательно…

Жаль. Чертовски жаль, что я пока (сам, что называется, едва знаком) ничего вразумительного вам о Camel рассказать не способен. Но может быть, я вас заинтересовал вот такой странной историей любви к хорошей музыке длиной в 22 года? Доказывающей, что хотя бы беглого знакомства эта группа уж точно заслуживает…

Вот не могу сказать, что хорошо знаю все аспекты творчества Гэри Мура… Что являюсь большим поклонником его работ – не скажу тоже… Но его реверансы в сторону эдакого поп-блюза, начиная с альбома Still got the Blues (1990) мне всегда очень импонировали. Мне всегда казалось, что именно здесь его гений лиричного – техничного гитариста раскрылся в полной мере… Не изобретая нового (говорят, исключение – его «электронные» альбомы 1997 – 1999 годов), он всегда делал музыку высочайшей пробы, потрясающе мелодичную,  коммерчески выверенную, но при этом в чем-то даже болезненно искреннюю…

И вот теперь его нет. Он ушел от нас вчера, в возрасте 58 лет, от сердечного приступа… Покойся с миром, мы будем скучать по тебе, твоей музыке, уникальному звуку твоей гитары… RIP.

Собственно, ценность данного ресурса не столько в наличии определенного набора композиций, сколько в возможности вставить любую песенку в блог, просто скопировав html-код.

lynyrd skynyrd whats your name

Mp3Skip.com

Ребята из Сербии записали в 1996 году единственный альбом, решив таким образом отметить 30-летие битловской пластинки. Вместо того, чтобы искать «утерянные песни » The Beatles» (помните поиски песни Роберта Джонсона в бессмертном фильме Crossroads,), они просто сели, и написали… свои «потерянные песни».  Причем названия-то взяли оригинальные, зная о том, что существует какой-то битловский бутлег, достать который в те годы в Сербии не представилось возможным…
Да что это я «Вики» цитирую? Вот ссылка, там все достаточно подробно о них рассказано. http://en.wikipedia.org/wiki/Rubber_Soul_Project

И что инструменты взяли близкие оригинальным, и что звукозаписывающую технику тоже подбирали соответственно. Технология ведь это еще далеко не все, ведь правда, Главное, что получилось на выходе. А на выходе – судите сами. Мне очень понравилось – искренне, немножко беззащитно, и как-то очень по-битловски…
Colliding Circles

Srdjan | Видео на MySpace Видео меня очень заинтересовало, настолько, что решил я до кучи скачать и альбом… Не разочаровал и он! Да что «не разочаровал»,,, Я, можно сказать, почти в восторге…  Скачать диск можно тут:

http://rapidshare.com/files/99236252/The_Rubber_Soul_Project_-_The_Rubber_Soul_Project__1995_.rar

Ух ты, какие люди! Да я уже и почти забыл о её существовании (хотя один из ранних ее альбомов – Unbehagen – стоит у меня на полке и с удовольствием извлекается временами на свет божий), полагая, что, отгремев свое в конце 70-х – начале 80-х прошлого столетия, дива сия давно либо почила на кокаиновых лаврах, либо покинула грешную землю на случайно приблудившемся НЛО, либо просто… покинула. А тут опаньки, новая (!!!) работа.

Тут видимо еще подходящее настроение сыграло свою роль. Потому что, если разобраться, годы уж (и вашего покорного слуги, и создательницы данного диска) не те, я сейчас слушаю совсем иную музыку, для меня в данный момент что Нина Хаген, что Джо Дассен – приблизительно едино. А вот вчера разбираться было совсем неохота – просто стало забавно, отдав каких-то 240 рублей, за «лицензионный диск, произведенный в России» (фи, какая гадость!),  услышать – к чему наша панк-скандалистка пришла за 30 с лишним лет, что была, что называется, не в фокусе.

Спускаюсь к машине, засовываю диск в магнитолу… Ой………………………………………………………………………………

Угу, серьезно, я поначалу думал, что ошибся диском. Нет, вроде все в порядке. Ну тогда ничего не остается, как взять и потерять на время дар речи.  Я конечно, в глубине души предполагал, что это «жжжжжжж» может оказаться неспроста, но вот то, что у меня в руках неожиданно  окажется один из лучших альбомов года  - на это я как-то не надеялся…

Стоп-стоп! Вот только немедленно бежать покупать этот диск, или, что может быть проще – скачивать, вы пока повремените. Потому как – что хорошо для меня, может оказаться для вас неприятным сюрпризом, а труд уворачивания себя-любимого от тяжелых предметов я на себя брать как-то не совсем готов. Читаем дальше.

«А вчера в 19.08 у Козлова поехала крыша…» Это была моя первая связная мысль, возникшая на второй песне означенного продукта. Потому что наша «панк-дива» решила, судя по всему, походя оттоптаться сразу на нескольких святых вещах. Ну, во-первых, на Иисусе, как таковом.  Во-вторых, на известнейшей, не побоюсь этого слова, культовой композиции Depeсh Mode. Вынесенной в заглавие. В третьих, на еще более известной Nobody’s fault, but mine имени Дилана и Zeppelin уж как минимум. А уж в четвертых, пятых, и так – до 13,- именно столько композиций на диске – взялась, с одной стороны, за кантри (вспоминаются «Братья Блюз» – «А что угодно у нас тут играют – хошь кантри, хошь вестерн»), а с другой стороны за госпелы – и выдала на гора практически эталонные образчики чохом в обеих жанрах. В некоторых случаях получилось состояние, граничащее с гениальностью. Это чтобы отпал вопрос, чьи в лесу шишки. Ну или в качестве иллюстрации к тому, что если бы у бабушки были яйца – её бы звали Нина Хаген.

Ничего от привычной лично мне Нины Хаген на диске нет. Даже голос едва узнаваем. Зато какой это стал голос!!!! Вот попробуйте представить себе такой коктейль. Берем щепотку Игги Попа. Добавляем щедрую толику Тины Тёрнер, да не той, которая  уже «Private Dancer», а той, настоящей, юной, наглой и чувственной, времен Айка. Чуточку Диаманды Галлас в самом нижнем регистре. Самую малость пьяной расфокусированной хрипоты Тома Уэйтса.  Для сбалансированости вкуса – капельку фирменного Хаген – хулиганства. И чуть-чуть, в качестве приправы – совершенно безымянную неопрятную жирную негритянку, по воскресеньям для себя поющую в церковном хоре…  на задворках безвременно превратившегося в неопрятное болото волшебного Нового Орлеана…  Вуаля – коктейль готов.  И это не Пина Колада, боже упаси,- это коктейль Молотова. В контексте жанра – просто нечто поразительное. Взяв 13 образчиков религиозных песнопений как от черной, так и от белой части населения Америки, Нина Хаген мановением руки с зажатой в ней стопкой водки, превратила стандартную, в общем-то музыку, в волшебство.

Ну а вот теперь, когда ориентиры расставлены – решайте сами, искать эту музыку, или она не для вас. Но мой долг предупредить – во втором случае сами себя лишите одного из лучших блюзов в мировой музыке, что на диске в качестве десерта, под номером 13. Не сказать, что мелодически что-то особенное, но там такааааая небесная гитара…

А я этот диск слушаю уже по пятому разу. Не надоедает.

Трек-лист:

01. God’s Radar 04:02
02. I’ll Live Again 02:50
03. Personal Jesus 04:03
04. Nobody’s Fault But Mine 04:03
05. Down At The Cross 03:16
06. Just A Little Talk With Jesus 03:52
07. Mean Old World 03:06
08. Help Me 02:36
09. Take Jesus With You 03:13
10. On The Battlefield 03:44
11. Run On 02:30
12. All You Fascists Bound To Lose 01:44
13. Sometimes I Ring Up Heaven 04:13

Для тех, кто не сильно в теме –  Нина в Википедии:

http://ru.wikipedia.org/wiki/Хаген,_Нина

И для тех, кто все-таки решится – приятного прослушивания!